Сценарий «Пророчество о драконах»

элои сайаны
Нажав на кнопку с символом агентства, вы вернётесь на основную страницу, а нажав на одну из кнопок с кодом доступа — перейдёте к элойcкому (108135) или сайанскому (2532366) послесловию. Эти коды вы получаете в результате прохождения сценария «Lumen Fidei».
//АРХИВНЫЙ ОТЧЁТ № А-1//7553 г. альт. вр.//Код: Пророчество о драконах
//Уровень допуска: синий//Регистратор — Р. К.
//Главная цель: идентификация сайанской угрозы при дворе короля Алжурии [планета Линес, система Рибан-0-0-4], принятие контрмер, устранение угрозы.
//Миссия выполнена. Уровень временнóго воздействия: не определён>>> Альтернативная реальность.
//Отчёты агентов: Характер внедрения сайанов не определён / Агент сайанов не пойман.
//Уровень потенциальной угрозы 1>>Дестабилизация и попытки вмешательства: сайан, контролирующий Мильяфина, утверждает, что пытается спасти эту альтернативную реальность, в то время как агентство твёрдо намерено дать ей погибнуть в результате нашествия так называемых драконов. Отмечена серьёзная подтасовка фактов.
//Уровень потенциальной угрозы 2>>Подозрение на манипуляцию сознанием [Вы узнаете моё имя, когда вспомните свои.] К агентам применены медпсихологические протоколы.>>
Последствия: нет.
//Уровень потенциальной угрозы 3>> Подтверждено присутствие временнóго контрабандиста, пытающегося продать квантовые кубические (ИНФОРМАЦИЯ ЗАСЕКРЕЧЕНА).

13:26
     Все взгляды собравшихся в конференц-зале устремлены на Боба, стоящего под голографическим логотипом агентства. Всего двадцать минут назад агенты ещё были в капсулах, и им едва хватило отведённого времени, чтобы принять душ и переодеться в свежую одежду. Теперь они собрались в комнате для инструктажа для уже ритуального обсуждения миссии. Им пришлось бежать, поэтому лица у них всё ещё красные и в пятнах.
     — Из соображений честности и в образовательных целях я покажу вам одну запись, — начинает Боб. — Это последние минуты вашей загрузки. То, как мы видели её из обзорно-командного пункта. Я показываю вам это не для того, чтобы ткнуть носом в какие-то косяки, а чтоб вы поняли: иногда ситуация выходит из-под контроля, и в такие моменты нам приходится быстро принимать сложные решения.
     С очень серьёзным лицом он что-то шёпотом командует интерфейсу. Комната медленно затемняется. В последнем ряду кого-то из новобранцев, по-прежнему страдающего от последствий внедрения, тихо тошнит в бумажный пакет.


>>Голографическая запись — 12:11
     Обзорно-командный пункт — это небольшая комната, отделённая от загрузочного помещения широкой дверью. Как обычно, Боб, директор Карт, профессор Ронн, а также несколько техников и представителей консорциума собрались перед экранами, куда выводятся нейрозаписи выполняющих миссию агентов. Необычно (более того — очевидно) во всём этом одно: охватившая присутствующих паника.
     Изображение на экранах сильно искажено помехами. Разобрать хоть что-то решительно невозможно, и контакт с группой, посланной в 7553 г. альт. вр., кажется утерянным. Наблюдатели или меряют шагами комнату, или хмуро смотрят на экраны. Под экранами потрескивают клавиатуры, а капсулы в смежной комнате тревожно мигают красным светом.
     — Запас энергии просто колоссальный, — произносит Осло Брен Ронн. — Временнóе искажение столь велико, что ощущается даже сквозь время и пространство.
     — По всей видимости, у этой электромагнитной энергии есть неизвестный источник в нашем мире. — Лоре с трудом удаётся стабилизировать своё трёхмерное изображение. — Между той альтернативной реальностью и нашей образовался квантовый туннель. Квантовыми туннелями мы называем…
     — Чудненько! — напыщенно восклицает Боб. — Прямо-таки урок прикладной физики. А тем временем мои агенты неизвестно где! И мы рискуем их потерять!
     Погружённый в раздумья профессор Ронн рассудительно кивает. Делегаты консорциума перешёптываются между собой, а затем один из них предлагает приостановить миссию и отозвать агентов.
     Дейрдре Карт резко прерывает все дискуссии:
     — Всё не так просто, как вы думаете. Прежде всего, насильно прервав внедрение, мы рискуем получить тела, лишённые сознания. Во-вторых, мы можем потерять временнýю связь вообще. Таков хроноквантовый закон: любое воздействие на временнýю линию изменяет её. Мы можем больше никогда не вернуться в 7553 год альтернативного времени.
     — Эта миссия по-прежнему приоритетна, — заявляет делегат.
     Боб поворачивается к госпоже Карт, когда что-то привлекает его внимание на голографической консоли.
     — Их запас ЕВ обнулится меньше чем через восемь минут! — кричит он. — Если к расчётному времени их возвращения мы не восстановим контакт, агенты станут «овощами» с отрицательным интеллектом! Кому-нибудь есть что сказать по делу?!
     — Давайте отправим им преобразователь времени, — предлагает госпожа Карт. — Мы ведь можем рассчитывать на ваши прототипы, Осло? Это даст агентам как раз достаточно времени, чтобы справиться с временными возмущениями.
     Поглядев на озадаченные лица делегатов консорциума, она поясняет:
     — Преобразователи позволяют растянуть длительность загрузки. Ковчег обеспечит передачу материальных объектов во времени. Мы настроим его и отправим агента доставить преобразователь нашей команде.
     — Это безумный риск! — драматически жестикулируя, восклицает старый учёный. — Ковчег и преобразователь — устройства экспериментальные! Они могут лишь всё усложнить и вдобавок поставить под угрозу жизнь ещё одного агента.
     — Пусть они экспериментальные, но успешно прошли все испытания, — парирует директор Карт.
     — И не то чтоб у нас был выбор, — подчёркивает Боб.
     — Степень восстановления нейрокодировки составляет 29 %, — вставляет Лора.
     — 29 %! После такого они будут ходить исключительно под себя! — Боб с силой бьёт кулаком по окну, отделяющему их от капсул.
     — Мы ведь можем отправить агента для прерывания миссии. Это значительно безопаснее, чем посылать с ним преобразователь, — говорит профессор Ронн. — В конце концов, это всего лишь альтернативная реальность, и результат в данном случае не так важен.
     — Приоритетный характер этой миссии уже обсуждался руководством, Осло! И принятое решение вполне однозначно.
     С этими словами Дейрдре Карт расправляет складки своего белого халата и усаживается в центральное кресло.
     — Лора, дай мне оценочный уровень воздействия и степень риска для агентов в зависимости от того, прервём мы миссию или нет.
     — Прерывание миссии будет ничуть не менее рискованным для внедрённых агентов. — Лицо Лоры несколько мгновений идёт рябью. — С того момента как они получат преобразователь, вероятность успешного возвращения достигнет 87 %. Вдобавок уровень воздействия резко упадёт, если мы откажемся от идеи нейтрализации Мильяфина.
     — В данном случае уровень воздействия не так важен… — Госпожа Карт встаёт. — Осло, зарядите преобразователь и подготовьте ковчег!
     Профессор Ронн направляется к выходу, а госпожа Карт бросает ему вслед:
     — Вызовите Пита Розовского. Немедленно!


     После окончания записи свет зажигается снова, озаряя сидящих разинув рты агентов. В глубине помещения кто-то торопливо раскрывает очередной бумажный пакет.


     Когда Боб уже решает распустить всех присутствующих агентов, свет вновь гаснет. На экран проецируется изображение конференц-зала консорциума. Качество картинки скверное — видимо, сигнал идёт от дрона, зависшего над столом для переговоров. Секунду поколебавшись, Боб садится, скрещивает руки и смотрит, что будет дальше. Появляются, накладываясь друг на друга, символы «Запись#TZ-7553-MC-164//SAM».
     Лёгкое гравитационное волнение вызывает рябь на поверхности напитков в бокалах, стоящих перед членами руководства. Представители консорциума, профессор Ронн и директор Карт сидят с каменными лицами. Напряжение спало, агенты, посланные в 7553 год альт. вр., вернулись, что понятно по пустым капсулам. Трудно поверить — всего несколько минут назад здесь царила настоящая паника.
     — Что ж, это в очередной раз оказалось нелегко, — вздыхает Дейрдре Карт. — Тем не менее у нас получилось, а значит, нам есть, что отпраздновать.
     Среди сидящих за столом членов правления слышатся удовлетворённые шепотки и бурчание.
     — Вы превзошли себя, госпожа Карт, — выражает одобрение Гилтек, высоко поднимая бокал. — Нужное решение в нужное время!
     Профессор Ронн подносит синтезированное шампанское к губам, но не делает ни глотка. Его внимание поглощено одним из экранов консоли, где Боб, сидящий в опустевшем загрузочном помещении, с головой погружён в написание отчёта на голопланшете. Затем внимание профессора переключается на необычно оживившихся членов правления.
     — А тем временем во вселенной, которая уже, может статься, не существует, тысяча драконов предала Алжурию огню…
     Он произносит это шёпотом, но ликование представителей консорциума гаснет, и они переглядываются под капюшонами. Госпожа Карт искоса бросает на него взгляд.
     — Осло, мы не хотим больше поднимать эту тему, — вздыхает она. — Ясно?
     — Это не говоря уже о правомерности наших действий, дражайшая Дейрдре… Мне горько при мысли, что можно ликовать по поводу конца света. Та вселенная, будь она хоть тысячу раз альтернативной, стремилась избежать подобной участи.
     — Но, профессор, — произносит Гилтек, — вы сами сказали, что это альтернативная реальность, которая является не более чем отражением нашей. Мы не очень разбираемся во всех этих тонкостях, но одно консорциум знает точно — то, как опасно для нашего мира само существование подобных отражений.
     Льющийся из колонок голос Лоры мягко вклинивается в разговор:
     — Первая так называемая теория Брена Ронна, опубликованная в 2455 году, называет причиной возникновения иных временных линий принцип квантового эха. Обычно их называют параллельными измерениями, но Научный колледж предпочитает термин «альтернативная реальность»…
     — Лора, не перегружай свой прекрасный процессор, я всё это знаю не хуже тебя, — нетерпеливо отзывается Ронн.
     — Как знаете и то, что в силу своей природы эти отражения обречены изначально, — резко вставляет госпожа директор. — Вне зависимости от того, хотел ли кто-нибудь увидеть драконий Армагеддон, или атомный Рагнарёк, или аннигиляцию из-за потери контроля, результат всегда один. Ни одна альтернативная линия стабильной не бывает!
     Госпожа Карт осознаёт, что её речь прозвучала слишком эмоционально. Тщательно избегая смотреть в глаза старому коллеге, она обходит стол и садится рядом с ним. Он кажется удручённым и таким одиноким.
     — Да, это всего лишь квантовое эхо… Просто альтернативный вариант… Но скажите это людям из той реальности, — говорит Ронн. — Они верят в то, что их окружает, верят в своих близких, свои жизни и свершения. Ничто из этого не кажется им менее реальным, чем нам. Они смутно осознают хрупкость своей вселенной и создают мифы, богов и пророчества о предрешённой для них участи. Как и мы сами. И как мы, они надеются, что смогут изменить свою судьбу…
     — Сайаны дали им ложную надежду, профессор Ронн, — прерывает его грубый голос конгломератного легата «САН». — Борьба за сохранение нашего времени означает борьбу с экспоненциально увеличивающимся числом временных сбоев: с перемещениями материи между измерениями, с непостоянством случившихся событий и возможными искажениями. И я даже не хочу начинать разговор о мультиплицировании альтернативного времени и, как следствие, пагубного влияния на тахионное внедрение.
     — Вы и вправду переживаете за судьбу тахионного внедрения или боитесь за свои драгоценные «червоточины»? Ладно, не отвечайте, — добавляет Ронн, поднимаясь. — Как бы то ни было, нам с вами, господа из консорциума, друг друга не понять. Я не ставлю под сомнение важность цели нашей миссии. Я просто надеюсь на толику человечности, проявлению которой не помешают наши обязательства. Что ж…
     Поймав мимолётный взгляд госпожи Карт, сгорбившейся под грузом усталости, он покидает комнату.
     Несколько минут спустя в комнате остаются лишь трое членов руководства и почти не тронутые бокалы. Легат «САН» поднимает лицевой щиток и натягивает экзодермические перчатки:
     — Боюсь, господа, эти перепалки с профессором Ронном становятся дурной привычкой. Старик начинает меня разочаровывать.
     — Вы и не представляете, насколько я с вами согласен, — кивает Гилтек. — Но всё-таки он бывший член консорциума, и его экспертное мнение бесценно.
     — Оно было важно в самом начале. С тех пор агентство сильно шагнуло вперёд, и мы вполне можем рассчитывать на новых научных экспертов. Взять хотя бы Лору, пусть она и искусственный интеллект.
     — Едва ли Карт позволит так просто распрощаться с профессором. Если не считать маленьких философских разногласий, они по-прежнему единомышленники.
     — С точки зрения обеспечения безопасности профессор представляет угрозу, — тихо произносит молчавший до сих пор представитель «Прометея». — Прежде всего, его статус почётного члена правления позволяет ему игнорировать большинство стандартных протоколов наблюдения. У него также есть возможности для личного передвижения, не подконтрольные службе особого назначения…
     — Да бросьте, — перебивает легат, — дальше станции он всё равно не уйдёт. Никто не знает её координат, кроме её самой. Мы отданы на милость ИИ. Эти координаты — самый охраняемый секрет в галактике. Даже Карт их не знает.
     — И всё же… Некоторые источники намекают, что Осло Ронн может злоупотреблять неотслеживаемыми перемещениями.
     Низкорослый представитель «Прометeя» горько усмехается под капюшоном, а затем резко поворачивает голову в сторону коридора. Он поднимает руку, призывая собеседников к молчанию, и внезапным кошачьим прыжком оказывается у входа.
Оставшиеся за столом взволнованно наблюдают за ним. Человек отбрасывает с головы капюшон, открывая аномально длинную шею — признак долгого пребывания в условиях низкой гравитации, — а потом окидывает быстрым взглядом коридор.
     — Что такое? — нарушает молчание представитель консорциума. — Нас подслушивали?
     — Не уверен. Здесь был Сэм, местный протокольный робот. Возможно, это пустяки.
     Внезапно в помещении снова загорается свет, и экран гаснет. Агенты изумлённо смотрят друг на друга. Боб кажется невозмутимым.

элои сайаны